Почему универсализм трудно осуществим: цивилизационные различия, богословский идеал и цена порядка

I. Универсализм — не простой лозунг доброй воли

С достаточной уверенностью я могу сказать: если смотреть на это с точки зрения эволюции цивилизаций, политического порядка и конфликтов человеческой природы, вероятность подлинного осуществления универсализма невелика.

Под универсализмом здесь понимаются не только «универсальные ценности» современного дискурса о правах человека и не только «всеобщее спасение» христианского богословия. В более широком смысле это идеал, согласно которому человечество может преодолеть границы этносов, государств, классов, конфессий и цивилизаций, войти в некий общий порядок, подчиниться набору общих принципов и даже в конечном счёте достичь состояния, подобного «великому единству Поднебесной».

Этот идеал возник очень давно. Киники и стоики Древней Греции уже выдвигали представление о «гражданине мира»: человек принадлежит не только определённому полису, но может пониматься и как часть космического порядка. Позднее христианство, с его идеями «равенства всех перед Богом», «вселенской Церкви» и «обращения всех народов к Господу», вывело универсализм на уровень богословия и цивилизационного порядка. Затем эпоха Просвещения, либерализм, политика прав человека, международное право и современный глобализм перевели этот идеал на язык светской политики.

Однако, хотя универсализм древен и не раз был близок к победе, он почти никогда не выполнял свои обещания по-настоящему и устойчиво. Каждая его попытка устранить прежние конфликты часто порождает новые; каждая попытка преодолеть старые границы часто создаёт новые.

II. Несколько истоков универсализма

1. Древнегреческая идея гражданина мира

С точки зрения истории идей одним из важных источников универсализма является возникшая в поздней Древней Греции идея гражданина мира.

«Гражданин мира» — вовсе не современное выражение. В *Stanford Encyclopedia of Philosophy* космополитизм объясняется как представление, в центре которого находится понимание всех людей как членов единого сообщества — независимо от того, к какому полису, государству или политическому образованию они принадлежат. Эта идея возникла на фоне упадка полисной политики и расширения имперского порядка; уже в ней самой содержалась склонность к преодолению локальных сообществ.

Достоинство такого мышления очевидно: оно стремится освободить человеческое достоинство от узких рамок полиса, кровного родства и местной идентичности, придав человеку более высокий этический статус.

Но именно здесь кроется и проблема: когда человека абстрагируют до «человека вообще», его конкретные язык, религия, семья, обычаи, историческая память и ответственность перед местным сообществом легко начинают восприниматься как второстепенные. Чем сильнее универсализм подчёркивает абстрактное человечество, тем легче он ослабляет конкретные сообщества.

2. Христианская вселенская Церковь и всеобщее спасение

Христианство также дало универсализму исключительно мощный источник.

Христианство утверждает, что спасение предназначено не только одному народу или одному полису, но обращено ко всем народам. Этим оно сильно отличается от большинства древних местных, полисных и этнических религий. Само христианское представление о Церкви носит наднациональный, надимперский и надлокальный характер.

Если говорить конкретнее, Christian Universalism в богословии обычно означает «всеобщее спасение» или «окончательное примирение»: то есть возможность того, что в конечном счёте будут спасены все люди и примирятся с Богом. *Encyclopaedia Britannica* определяет Universalism как веру в спасение всех душ; эта вера многократно проявлялась в истории христианства, особенно в противовес суровой предестинационистской тенденции, согласно которой спасается лишь небольшое число избранных, а большинство навечно обречено на наказание.

Внутри самой веры это представление обладает своей теплотой и обоснованностью: если Бог есть любовь, возможно ли, чтобы спасены были лишь немногие, а большинство навечно погибло? Сам этот вопрос подталкивает богословие к той или иной форме универсализма.

Но история христианства столь же ясно показывает: универсальная вера не устраняет расколы автоматически. Даже исповедуя одного Бога, одну Библию и одно повествование о спасении, Церковь всё равно переживает доктринальные споры, конфессиональные разделения, борьбу между ортодоксией и ересью. Можно думать, что прежние конфликты полисов и этносов устранены, но в действительности они лишь заменяются новыми конфликтами вокруг учения, организации и права толкования.

3. Просвещение и современный политический универсализм

После эпохи Просвещения универсализм постепенно перешёл с языка богословия на язык светской мысли.

Современный политический универсализм обычно проявляется в утверждениях, что права человека универсальны, разум универсален, правовые принципы должны применяться ко всем, а человеческое достоинство не должно отрицаться из-за гражданства, расы, класса или религии. Эти идеи действительно сыграли важную роль в борьбе с порабощением, аристократическими привилегиями и теократическим деспотизмом, а также в развитии современного правового государства.

Именно поэтому универсализм нельзя просто считать лицемерным лозунгом. Он давал реальную освобождающую силу и действительно исправлял многие жестокости и неравенства традиционного порядка.

Проблема возникает, когда универсальный принцип превращается из инструмента критики в инструмент господства. Тогда он уже не просто защищает слабых и ограничивает власть, а может стать новым цивилизационным критерием суда: тот, кто не принимает этот набор принципов, объявляется отсталым, варварским, непросвещённым и нуждающимся в преобразовании.

В этот момент универсализм превращается из «универсальной этики» в «универсальный проект преобразования».

III. Практические трудности универсализма

1. Он не способен по-настоящему устранить конфликты, а лишь меняет их форму

Главная иллюзия универсализма состоит в том, что, если найти набор достаточно верных, добрых и рациональных принципов, человеческие конфликты существенно сократятся или даже окончательно исчезнут.

Однако исторический опыт показывает прямо противоположное. Человеческие конфликты происходят не только из недопонимания и не только из-за отсталости институтов. Их источниками являются интересы, ресурсы, достоинство, право толкования, границы идентичности и верность сообществу. Пока люди живут в разных группах, конфликты не исчезнут.

Универсализм способен ослабить некоторые старые конфликты, но часто усиливает новые. Например, религиозный универсализм может ослабить племенные столкновения, но породить конфессиональные; универсализм национального государства может ослабить конфликты сословной идентичности, но породить конфликты национальных границ; современный универсализм прав человека может ослабить традиционные иерархические конфликты, но породить конфликты ценностей и экспорта институтов.

Поэтому вопрос не в том, «добр ли универсализм», а в том, способен ли он признать неустранимость конфликта. Если он не признаёт этого, то легко начинает видеть в оппонентах злых, невежественных или тех, кого необходимо воспитать.

2. Он склонен считать различия отсталостью

Жизненность цивилизаций рождается из различий. Язык, ритуалы и обычаи, религия, семейное устройство, местный порядок, эстетические вкусы и историческая память — не декоративные элементы, которые можно бездумно удалить.

Универсализм часто смотрит на эти различия сверху вниз, считая их препятствиями на пути к единому порядку. Он говорит: ваше местное сообщество слишком особенное, ваша традиция слишком замкнута, ваша религия слишком исключительна, ваша семейная этика слишком отстала, ваше сообщество недостаточно современно.

Некоторые критические замечания, конечно, обоснованны. Традиция не является правильной от природы, а местные сообщества тоже могут быть жестокими. Но если универсализм умеет лишь разбирать различия, не понимая, почему они существуют, то созданный им мир в итоге становится однообразным, бедным и хрупким.

Цивилизационная система без различий может казаться мирной, но в действительности утратить способность к самообновлению. Ведь новый порядок, новая этика и новая творческая сила часто возникают не из абсолютно гладкой и единой структуры, а из трения, соперничества и границ между различными традициями.

3. Для своего распространения он зависит от сильной власти

На поверхности универсализм говорит о «всём человечестве», но для его реального распространения обычно требуется какая-то конкретная сила.

Религиозному универсализму необходимы Церковь, миссионерские сети и имперские дороги; современному политическому универсализму необходимы государства, международные организации, правовые системы, медиа, университеты и сети капитала. Без организационной силы универсализм остаётся лишь в текстах и проповедях; но, обретая организационную силу, он неизбежно приобретает оттенок власти.

Отсюда возникает парадокс: чем сильнее универсализм стремится представлять всё человечество, тем больше ему требуется локальная сила, говорящая от имени всего человечества. Кто определяет универсальные принципы? Кто толкует цивилизационный прогресс? Кто решает, отстала ли та или иная традиция? Кто определяет способы и цену преобразования?

Как только возникают эти вопросы, универсализм перестаёт быть только нравственным идеалом и становится частью борьбы за власть.

IV. Теплота и опасность богословской веры

1. Теплота всеобщего спасения

С богословской точки зрения всеобщее спасение трогает потому, что пытается разрешить крайне острый вопрос: если Бог всеблаг, вселюбящ и всемогущ, то оправданно ли навечно отказаться от некоторых душ?

*Stanford Encyclopedia of Philosophy* в обсуждении рая и ада отмечает, что универсалисты, отвергающие вечную разобщённость, обычно исходят из искупительной любви Бога и полагают, что Божья любовь ко всем людям не должна потерпеть окончательное поражение. Это не поверхностный «гуманизм добрых людей», а серьёзный спор, давно существующий внутри богословия.

Поэтому универсализм в религии — не просто политкорректность. Он действительно касается фундаментальных вопросов веры о любви, суде, спасении и свободе воли.

2. Опасность всеобщего спасения

Однако всеобщее спасение, будучи переведённым в реальный порядок, тоже может нести опасность.

Если система веры считает, что владеет универсальной истиной, ей легко увидеть в других верованиях, других обрядах и других образах жизни состояние ещё не завершённое, ещё не спасённое, ещё не вошедшее в свет. Тогда спасение может превратиться в преобразование, любовь — в контроль, а Евангелие — в цивилизационную экспансию.

Это относится не только к христианству. Любая универсалистская идеология несёт подобный риск. Так может происходить с религией, с рационализмом Просвещения, с национализмом и с революционной идеологией.

Поэтому скепсис в отношении универсализма не означает отрицания любви, мира или общности человеческого рода. Он означает настороженность к ситуации, в которой некая общность абсолютизируется и вследствие этого может уничтожить конкретного человека, конкретное сообщество и конкретный исторический опыт.

V. Цивилизациям необходимы различия, но также ограниченные общие правила

Разумеется, полный антиуниверсализм ведёт к другой крайности.

Если отрицать все общие принципы, миру останутся лишь неприкрытые отношения силы, местные обычаи и война всех против всех. Такой мир тоже не способен поддерживать устойчивый порядок. Современный мир действительно нуждается в некоторых минимальных общих правилах: дипломатических нормах, базовых гуманитарных принципах, правилах международной торговли, правовых ограничениях войны и механизмах трансграничной коммуникации.

Проблема в том, что эти общие правила должны быть ограниченными, сдержанными и доступными для согласования, а не разрастаться до всеохватывающей окончательной веры.

Мне ближе ограниченный универсализм: признание того, что между людьми есть некоторые минимальные общие потребности и общие пределы допустимого, но без фантазии об устранении цивилизационных различий; признание ценности мира, но без фантазии о мире, полностью лишённом конфликтов; признание необходимости универсальных принципов, но без позволения им поглотить местные традиции, историческую память и конкретные сообщества.

VI. Заключение: неудача универсализма не означает неудачу человеческой общности

Подлинная проблема универсализма не в том, что он совершенно ошибочен, а в том, что он часто переоценивает себя.

Он переоценивает способность рациональных принципов преодолевать исторические различия, способность общей веры устранять внутренние конфликты и степень чистоты добрых намерений внутри структур власти.

Человечеству, несомненно, необходима общность. Без неё миру останутся лишь ненависть и война. Но человечеству столь же необходимы различия. Без различий цивилизация станет однообразной, бедной и может даже утратить способность к дальнейшему росту.

Поэтому в универсализме особенно настораживает не его стремление к миру, а то, что он слишком дёшево представляет себе мир; не его поиск общих человеческих ценностей, а то, что он часто забывает: цивилизационные различия сами по себе тоже являются частью ценности.

Полностью счастливый, полностью мирный и полностью единый порядок не обязательно будет порядком, способным продолжать себя; не обязательно он будет способен непрерывно порождать новый порядок, сохранять свободу и творческую силу. Жизненность и развитие цивилизаций никогда не обходятся без издержек. Локальные страдания, конфликты и границы иногда и являются ценой, которую цивилизация платит за сохранение своей сложности.

Связанное обсуждение см. в конспекте курса NTU по философии и религии.

Часто задаваемые вопросы

Какую религиозную традицию рассматривает статья?

Обратитесь к конкретным пояснениям в основном тексте статьи; религиозный раздел сайта охватывает различные традиции, включая христианство (в том числе католицизм, протестантизм и харизматическое движение), восточные религии и мистицизм. Позиции и ракурсы отдельных статей различаются.

Это религиозная проповедь или академическое обсуждение?

Статьи сайта в основном посвящены культурному наблюдению и академическому ознакомлению; они не выражают позицию какой-либо конкретной религии и не являются религиозным увещеванием. Читателям следует соотносить текст со своим религиозным опытом и читать его критически.

Как глубже изучить затронутые в статье религиозные темы?

Рекомендуется обратиться к первоисточникам, академическим статьям или учебным ресурсам, указанным в разделе «Источники» в конце статьи; читатели, которым интересен стык восточных религий и культуры предсказательных практик, также могут обратиться к инструменту гадания по «И цзину» на сайте как к отправной точке культурного опыта.

Где находится упомянутая в статье связанная серия?

В религиозном разделе сайта есть несколько серий статей, включая «Серию Юй Биня о мире духов» (девять статей) и другие; сходные материалы можно просмотреть на странице категорий блога.

Источники

• Stanford Encyclopedia of Philosophy: Cosmopolitanism
• Encyclopaedia Britannica: Universalism
• Encyclopaedia Britannica: Unitarianism and Universalism
• Stanford Encyclopedia of Philosophy: Heaven and Hell in Christian Thought
• Internet Encyclopedia of Philosophy: Stoicism
• Encyclopaedia Britannica: Cosmopolitanism